Курортно-прифронтовая страна. А. Каневский, моё открытие Израиля.


Израиль – удивительная страна, в ней сошлось всё: и американская
деловитость, и восточная лень, и российская расхлябанность и
необязательность.


Здесь демократия переходит в демагогию, здесь социализм сосуществует с
капитализмом, омрачая жизнь последнему. Здесь нельзя рассчитаться на
первый и второй, потому что все – первые.

Здесь каждый знает и как руководить министерством, и как тренировать
футбольную команду, и как проводить танковую атаку. Каждый даёт советы.
И я понял, что мы приехали из большой страны Советов в страну Больших
Советов!

Здесь очень любят праздники, не меньше, чем в России, гуляют шумно,
неистово, с еврейским клокочущим темпераментом, два, три, четыре, семь
дней подряд Уже в преддверии праздника в государственных учреждениях не
найти ни одного нужного тебе служащего. Если бы в эти дни враги высадили
десант, они бы спокойно заняли все руководящие посты (и, кажется, в
некоторых министерствах они это уже проделали)…

Любимое развлечение – суды, судятся беспрерывно. Все умные евреи
пользуются услугами адвокатов, чтобы их не обманули ещё более умные
евреи. А самые предусмотрительные, даже ложась в постель с женщиной,
кладут рядом с собой адвоката, на всякий случай.

Здесь всё не так, как было там, у нас (теперь уже – там, у вас). Здесь
пишут справа налево, а в автобус входят не с задней, а с передней
площадки.

Там местоимение «Я» — последняя буква алфавита, здесь – аналогичное
местоимение «Ани» начинается с самой первой буквы. Там главное
достоинство ребёнка, что он послушен и ни в чём не возражает родителям.
Здесь, если ребёнок не проявляет характера, его ведут к психологу или
психиатру.

Там, когда хотели успокоить, что погода улучшится, обещали потепление.
Здесь радуют хорошей погоде, предсказывая падение температуры.

Там мы были евреями среди русских. Здесь – мы русские среди евреев.
Есть только одно общее: здесь, как и там, мы опять должны доказывать
свою состоятельность.

Только не подумайте, что я хнычу – наоборот, это меня мобилизует. Я
просуммировал все свои размышления и понял, что пока не примешь эту
страну со всеми её недостатками, пока не почувствуешь, что она уже твоя
– она тебя тоже не примет. Этот вывод я привёл к афоризму, который уже
пошёл гулять по Израилю: «Израиль – это зеркало: какую рожу скорчишь,
такую и увидишь в ответ!»

Первое моё открытие в Израиле – количество незастроенных территорий, и
вдоль дорог, и в горах, и в долинах. Мы ведь в Союзе представляли это
государство чем-то вроде Ялтинского пляжа, где все лежат плечом к плечу
и потеют от солнца и тесноты. А здесь – прозрачный простор, обрамлённый
горами и морем.

И ещё одно, не менее важное открытие: в Израиле очень красивые женщины,
разнообразно красивые. Я ведь всегда считал, что еврейки имеют
специфическую внешность: жгуче-чёрные, с большой грудью и тяжёлым задом.
А оказалось, израильтянки – всех цветов и всeх весовых категорий. Есть и
русые, и беловолосые, есть и с кошачьими зелёными глазами, и по-детски
голубоглазые, есть даже курносые… Есть по-мальчишечьи тоненькие и
изящные, а есть и с такими роскошными бюстами, что начинаешь невольно
завидовать их грудным младенцам…

А какие здесь девушки-солдатки!.. Стройные, грациозные, обаятельные.
Кажется, что их призывают прямо с конкурсов красоты. Если, не приведи
Бог, им придётся воевать и в армии противника будут настоящие мужчины,
они должны немедленно бросать оружие и проситься в плен. Лично я сдался
бы каждой!

Здесь уже много, много русского: и русские газеты, и русское радио, и
витрины, и объявления — на русском.
Однажды в субботу мы с женой гуляли по бульвару Ротшильд. Навстречу
двигался пожилой мужчина, «нашего разлива»: в пиджаке, в галстуке, но в
явном подпитии. Он шёл, пошатываясь и приговаривая (я адаптирую его
текст, но вы догадаетесь): «Ох, ёж твою!.. Ох, ёж твою!»… Увидев нас,
заулыбался, поприветствовал: «Шабат, шалом!» и продолжил свой путь,
снова приговаривая: «Ох, ёж твою!»… Это был российский пьянчужка, но уже
отредактированный Израилем!..

Недавно на рынке заросший волосами продавец сообщил мне с родным
кавказским акцентом:
— Я тут уже патнадцат лэт. Ыврыт нэ получается, а рускый выучил.

Русскими песнями здесь не удивишь – удивишь, если станешь доказывать,
что они русские: израильтяне убеждены, что это их фольклор. Эти песни
привезли с собой первые поселенцы из России, Украины, Белоруссии, и они
здесь прижились. Непривычно для нас звучат на иврите «Катюша», «Синий
платочек», «На побывку едет молодой моряк». Правда, переводы, мягко
говоря, бывают «приблизительно приближённые» к оригиналу. Например,
«тёмная ночь» здесь превратилась в «белую», и я не удивлюсь, если такие
строчки, как «В той степи глухой замерзал ямщик», могут быть переведены
«А в пустыне той загорал еврей».

Здесь обожают русские народные песни, собираются и поют хором. Недавно,
когда в стране праздновали Сукот, вместе с людьми на улицы переселились
песни Из-под многих зелёных крыш неслись русские мелодии. «По диким
степям Забайкалья» выводил высокий женский голос в одной суке, а рядом,
в соседней, старательно тянули, обливаясь потом: «Ой, мороз, мороз, не
морозь меня».

Ну, а о темпераменте израильтян отдельный разговор: здесь общаются
громко, шумно, перекрикиваясь в любое время дня и ночи. Однажды вечером
я услышал за окном дикие вопли, которые в России или Украине издают,
увидев минимум двух убитых и десяток тяжело раненных. Когда перепуганный
я выглянул в окно, то понял, что это просто двое друзей радуются
неожиданной встрече…

Но самое главное в израильтянах – они потрясающие патриоты, влюблённые в
Израиль и заражающие этой любовью всех вновь прибывших. Окружённые
ненавистью и злобой, не выпуская из рук автоматов, они построили эту
прекрасную страну и во всех войнах громили всех своих врагов. Здесь в
каждом подъезде – бомбоубежище, в каждой квартире – своя защитная
комната в железобетоне с металлическими ставнями. Здесь все – солдаты,
все – фронтовики, все – победители, поэтому они так гордо ходят по этой
земле, опьяняя своей гордостью и нас, новоиспеченных граждан Израиля…

Но подспудное ощущение опасности вошло в поведение и психику: жить
стопроцентно сегодня, сейчас, сию минуту, не откладывая на завтра!..
Поэтому каждый день рестораны переполнены, поэтому каждый год миллион
израильтян разлетается туристами в разные страны отдохнуть и погулять.
Это при том, что деньги в Израиле зарабатываются очень нелегко, один
работающий не может обеспечить семью – работают оба.

Хорошо ли нам здесь? В пьесе Гриши Горина «Поминальная молитва» один
еврей говорит другому еврею: «Там хорошо, где нас нет. А так как мы уже
повсюду, то уже нигде хорошо быть не может». Бытует афоризм, что, мол,
еврею хорошо только в пути. Но это не так. Еврею хорошо и дома — когда у
него этот дом есть. Израиль ещё не для всех стал родным домом. Для одних
— это платформа выжидания, для других — трибуна для оплакивания самих
себя, для третьих — перевалочный пункт в Америку и Европу. Что ж, каждый
кузнец своего несчастья.

Любим ли мы Израиль?
Одна московская интеллигентная проститутка утверждала: любви нет, её
выдумали большевики, чтобы не платить денег. Но любовь есть, и некоторые
полюбили Израиль с первого взгляда, и даже не видя его И мы должны
низко поклониться этой стране за то, что она единственная, затянув
потуже пояс налогов на своём уровне жизни, принимала и принимает нас,
помогает нам и… убаюкивает своими обещаниями.

Так что же такое Израиль?

Израиль — это лодка, её нельзя постоянно раскачивать — можно
перевернуться. И не надо всем толпиться у руля — кто-то же должен и
грести.

Израиль — это термос, его нельзя подогреть снаружи, он согревается
только внутренним теплом. Но если вносить в него холод — мы потеряем это
спасительное тепло.

Израиль, как настоящий мужчина: не будет полной близости, пока ему
полностью не отдашься.

И в заключение, обобщая, повторяю: Израиль — это зеркало: какую рожу
скорчишь, такую и увидишь в ответ.


Вот вкратце то, что я понял после первого года жизни в этой
противоречивой, замечательной, курортно-прифронтовой стране!

 


Просмотров: 996 | Рейтинг: 0.0/0
Имя *:
Email *:
Введите код безопостности с картнки в поле "Ответ" *: