Директор Императорских Театров Теликовский был переброшен Николаем Вторым из конного полка на руководство искусством


Последний директор Императорских театров Владимир Аркадьевич Теляковский  (1901—1917) не имел никакого гуманитарного или художественного образования. Он окончил Пажеский корпус  и Николаевскую академию Генерального штаба, а с 1879 по 1898 год служил в лейб-гвардии Конном полку, к моменту перехода в сферу управления театрами дослужившись до чина полковника. За безупречную репутацию конногвардейца, который связями с художественной интеллигенцией, художественной жизнью, а также на поприще художественных порывов в какой-либо творческой области замечен не был, указом Государя Императора полковник В.Л.Теляковский был назначен управляющим Московской конторой Дирекции императорских театров (коих, так же, как в Петербурге (Мариининский, Александринский и Михайловский), числилось три: Большой, Малый и Новый театры).

Государь-Император (выражаясь современным нам языком) перебросил полковника лейб-гвардии конного полка, после 19-и лет непорочной службы при лошадях, из стойл на руководство оперным, драматическим и балетным Искусствами. Которые по общемировому признанию в этот момент в России находились в небывалом расцвете!

С июня 1901 за заслуги на поприще управления режиссерами, балетмейстерами, балеринами и артистами Высочайшим Указом был повышен до главы Дирекции Императорских театров, в коем звании находился вплоть до мая 1917-го, став Кавалером орденов святого Владимира 2-й и 3-й степени, святой Анны 2-й и 3-й степени, святого Станислава 1-й и 3-й степени, Бухарского золотого ордена 1 и 3 степени и Китайского ордена Двойного Дракона 3-й степени 3 класса  (последниее награждение, повидимому, иначе как издевательством, трудно было назвать). 

Назначеие Теляковского Его Величества Императором был встречено недоуменным непониманием в интеллигентских, литературных, театральных, оперных и балетных кругах.  Тогда как логика этого назначения была ясней-ясного: патриотичный полковник, разбирающийся в парадах, амуниции и лошадях, с певцами, танцовщицами, драматическими артистами, режиссерами, балейтмейстерами и драматургами разберется лучше любого другого. 

Некоторые деяния Теляковского, такие как привлечение к художественному оформлению опер в императорских театрах мирискусников К. А. Коровина, А. Я. Головина, А. Н. Бенуа, Л. С. Бакста следует оценить положительно. Приглашение петь в Мариининском и Большом театрах Собинова и Шаляпина (до этого перебивавшихся антерпризами) было естественным: не пригласить великих русских певцов в лучшие театры страны мог только злонамеренный враг России, каковым Теляковский, разумеется, не был. В то же время отказ взаимодействовать в какой-либо форме с Русскими Сезонами Дягилева и запрет на участие в Дягилевских Постановках в Париже артистам Императорских Театров нанесли русскому и мировому искусству громадный вред. Который теперь уже не исправить.

Именно Теляковский уволил из Мариининского Театра великого балетмейстера Мариуса Петипа, запретив создателю русской школы балета  появляться в императорских театрах даже в качестве зрителя! Факт, являющийся позором обращения с Великими Творцами Русской Культуры до т.н.Великого Октября, который от того, что замалчивается, менее отвратительным не становится. 

Но если приведенные выше факты хоть сколько-нибудь известны интересующимся, то запрет Теляковского на постановки чеховских пьес в Императорских театрах является терра инкогнита. То, что пьесы Чехова ставил Московский Художественный Театр общеизвестно. Однако почему ставшего всемирно известным не только писателем, но также и драматургом, не ставили императорские театры России ни при жизни Антона Павловича, ни даже после его кончины? Ответ дают цитаты из дневников Теляковского. Из которых следует, что единолично решавший что можно ставить, а что нельзя ставить, Теляковский пьесы Чехова ненавидел. Они были абсолютно несовместимы с его Имперским чутьем и пониманием своего долга на поприще смотрителя за искусством!

К счастью, при Николае II власть одного командира искусством не распространялась на все театры, а только на Императорские. МХТ Станиславского юрисдикции Теляковского не подчинялся. А если б полковнику конных войск подчинялись все московские и петербургские театры - кто знает, возможно и даже очень возможно, что Чехова-драматурга мир так бы и не узнал. Или открыл лет через двести после смерти писателя, подобно открытой после столетий забвения музыке Вивальди и Баха. 

P.S. Судьба Теляковского после свержения Николая Второго была не менее сюрреальна, чем его деятельность по руководству Имперским Искусством. 1 марта 1917 года он был арестован, однако решением  Государственной Думы выпущен на "свободу". После прихода к власти большевиков Теляковский работает кассиром на железнодорожном вокзале (!) В 1923 году Луначарский со товарищи предлагают бывшему директору Императорских Театров должность заведующего организационно-хозяйственной частью петроградских академических театров (!!) От предложенной коммунистами работы завхоза в Театрах, из Императорских переименованных в Академические, которыми на протяжении 16-и лет он самодержавно командовал, Владимир Аркадьевич отказался. Однако сам факт того, что большевики позвали полковника царской армии, кавалера орденов святого Владимира 2-й и 3-й степени, святой Анны 2-й и 3-й степени, святого Станислава 1-й и 3-й степени и Китайского ордена Двойного Дракона 3-й степени 3 класса на номенклатурную идеологическую работу комиссара по хозяйственной части, показывает, что коммунисты признали в Теляковском своего человека. И они были правы: в степени непонимания искусства, которым ему было доверено руководить, Теляковский не отличался от вереницы министров Советской Культуры, равно как и от Командиров культуры правонаследницы Советской Культуры ведомой Владимиром Путиным Федерации. Блистательной череде которых не будет конца!

ПРИЛОЖЕНИЕ: Выписки из дневника Директора Императорских Театров Теляковского о пьесах Чехова

 ист:ЛН, т.68 (Литературное наследство, т. 68 c.514 || ИЗ  Д Н Е В Н И К А   В . А. Т ЕЛ Я К О В С К О ГО)

 

Что замечательно — это, что все нынче называется художественным: театр — художественный; клуб, где все собираются,— художественный; афиша, оборванная и с литографированным счетом на масло и молоко,— художественная; отсутствие игры на сцене — игра художественная; изображение на сцене некрасивых углов комнаты, которые хороший хозяин старается спрятать, на сцене подчеркивается, потому что это художественная постановка.

Артист бросает окурок и на него плюет слюнями настоящими,— все это именуется художественным. Д а что же это, в самом деле, за качество «художественность», неужели все, что реально, все отправления организма — все это художественность? Какая же тогда разница между художником и обыкновенным человеком? Или, может быть, все люди живущие — художники. Наконец, когда у ж е никто ничего не может понять, то говорят: «Да, оно непонятно, зато есть настроение».

Но в чем же смысл и настроение «Дяди Вани»? Пьеса эта изображает современную жизнь — жизнь нервных и расстроенных людей.

Сам дядя Ваня в конце X IX столетия всю жизнь свою посвящает работе не детям своим, не родителям, не государству, а крайне антипатичному профессору, потом, когда тот предлагает продать имение, он, т. е. дядя Ваня, в него стреляет, а потом, настрелявшись вдоволь, обещает ему опять работать и высылать ему то, что раньше выделял из доходов по имению.

Кроме того, дядя Ваня работает не даром и не во имя какой-нибудь идеи, а работает за жалованье 500 рублей в год, ждет от профессора благодарности, укоряет его за то, что он ему ничего не прибавил и ни разу не благодарил и потом после стрельбы опять принимается за прежний, в сущности, бесплодный и не удовлетворяющий его труд и тут, говорят, получается замечательное настроение, когда после всей этой бури и стрельбы  все оканчивается возвращением к преж ней бесплодной деятельности.

Что же за тип дядя Ваня? У него хватает силы стрелять в своего родственника среди белого дня — и не хватает энергии что-нибудь переменить в своей ж изни.

Что такое представляет из себя жена профессора Елена Андреевна?

Неизвестно, что ее побудило выйти замуж за профессора, но известно, что его она не выносит, а художествами готова заниматься со всеми мужчинами,— и почему-то все в нее влюбляются, и все ее мнут и жмут и, намявшись и нажавш ись, она решает, что пора уезжать.

Доктор Астров, занимаясь медициной и наблюдением за лесами, тоже влюбляется в Елену Андреевну и, будучи натура цельная ,— ее мнет, Соню симпатичную не замечает и, в конце концов, разрешив все задачи жизни, с дядей Ваней напивается.

Телегин уже ничего из себя не представляет, это компаньон, чтобы напиваться. Таким образом, среди этих, по-видимому, умных, ду ­ мающих и хороших людей — дяди Вани, Астрова и Сони, работающ их честно и в дружбе — довольно было появиться глупом у профессору и самке-жене молодой, чтобы всех сбить с панталыку.

Где же сила и мощь России — в ком из них?

— Чем все это объяснить — силой глупости профессора или слабостью всех д ругих, непонятно.

Вообще появление таких пьес — большое зло для театра. Если их можно еще писать,— то, не дай бог, ставить в наш и без того нервный и беспочвенный век.

Публика радуется, валит валом ,— мало того, хотела еще по праздникам своих детей водить смотреть. Но публика в данном случае сама похож а на детей и не смотреть пьесу ходит в театр, а тешиться развлечением и в порыве восторга себя же оплевывает, хваля пьесу.

Пороки на сцене хорошо выводить, но массе, присутствующей в театре, должен быть преподнесен и вывод,— автор должен возвышать слушателей и порок карать.

 

цитаты из дневника Его Высокопревосходительства Теляковского за 1899 год собрал Борис Рушайло http://blogs.7iskusstv.com/?cat=6107

Ваше мнение?

 

 


Просмотров: 245 | Рейтинг: 0.0/0
Имя *:
Email *:
Введите код безопостности с картнки в поле "Ответ" *: